Проект фонда «Фонд Поддержки Шахматного Творчества»

Шахматные задачи

шахматная миниатюра №72

Шахматная миниатюра № 72
Мат в 2 хода. 4 + 3= 7

Решение шахматной миниатюры

Владимир Крамник: дома всегда стараюсь порадовать зрителей
Российские поклонники шахмат, следившие за ходом Суперфинала чемпионата страны, который в этом году прошёл не в декабре, а в августе, могут быть довольны. Они получили намного больше, чем могли мечтать. Соревнование получилось чрезвычайно зрелищным. Несмотря на всё многообразие звёздного состава, первые места в итоге распределились следующим образом: Пётр Свидлер, Александр Морозевич и Александр Грищук. А вот экс-чемпион мира Владимир Крамник хоть и набрал столько же очков, сколько Грищук и Карякин, но всё же остался лишь на пятом месте. Правда, этим результатом он вполне доволен.

— Владимир, подведите итоги прошедшего Суперфинала чемпионата России по шахматам.
— Во-первых, я очень рад, что мне удалось принять участие в этом турнире. Несколько лет так получалось, что это соревнование проходило в декабре, в те же сроки, что достаточно крупный турнир в Лондоне. Я предпочитал играть в Англии. В этот раз отчасти из-за случайного стечения обстоятельств Суперфинал перенесли на август, так что у меня появилось время сыграть у себя дома, чему я очень рад.

Насколько я знаю, в следующем году этот турнир также собираются провести в августе, так что надеюсь, что и впредь буду принимать в нём участие.

— Приходится жертвовать отпуском…
— Да, получается так, что вместо отдыха буду работать. Впрочем, играть в своей стране, да ещё и чемпионат России, я совсем не против. Для отдыха всегда найдётся время.

Что касается нынешнего розыгрыша, то он получился очень интересные и одним из самых боевых за долгие годы, а может быть, и за всю российскую историю. Это случилось во многом благодаря очень сильному составу, поскольку играли практически все лучшие шахматисты страны. Была очень насыщенная борьба.

Раньше в адрес турнира слышались упрёки в том, что он носит спокойный и вялый характер, спортсмены не стараются выкладываться. Считаю, что это было связано с тем, что турнир проходил в декабре, а это конец сезона. Спортсмены были крайне уставшими, поэтому и играли не так азартно. Сейчас же все боролись с большой мотивацией, выкладывались на 100%. Чувствовался настоящий бойцовский дух. Да и зрителей было больше, чем обычно.

Что касается меня, то я хотел бы выступить лучше, хотя не считаю свой результат провальным. Программу-максимум — победить на турнире — я не выполнил, но с программой-минимум — показать достойную игру и доставить удовольствие зрителям, — я справился.

— Вы играли крайне необычно, некоторые гроссмейстеры отмечали, что вы пытаетесь найти новый стиль игры. С чем это связано?
— Да нет, дело не в поисках чего-то нового. Во-первых, формат турнира позволял играть активно, не было смысла зажиматься и осторожничать. Во-вторых, когда я приезжаю на чемпионат России, мне хочется показать своим зрителям полнокровную игру, сделать так, чтобы каждая партия была максимально насыщенной. Тем более что партий было мало – всего семь, так что мне хотелось порадовать болельщиков.

Когда был выбор между осторожным продолжением и рискованным, а иногда откровенным блефом, я почти всегда выбирал второе. Многие шахматисты, как мне кажется, поступали именно также. Турниров в сезоне достаточно много, так что когда ты выступаешь в России, надо постараться показать боевую и красивую игру. У меня был уклон в эту сторону. Не уверен, что в следующем зарубежном состязании буду играть так же, скорее всего я изберу более практичный рисунок.

— Расскажите о подготовке к предстоящему праздничному супертурниру, который посвящён памяти Михаила Ботвинника.
— В этом году исполняется круглая дата – 100 лет со дня рождения Михаила Моисеевича Ботвинника. Фактически именно с этого человека и началось становление советского и российского мира шахмат. Для меня это события особенно важно, поскольку он в своё время был моим учителем. В 1998 году я попал в его школу, где провёл 2 или 3 года. Общение с Михаилом Моисеевичем очень многое дало мне во всех жизненных отношениях. Мне тогда было 12 лет, и для меня было крайне важным хотя бы просто пообщаться с такой легендой шахмат. Он дал мне множество профессиональных и личных советов, мне было интересно послушать его истории о встречах с различными мировыми "динозаврами", которые тогда мне казались совершенно недосягаемыми. К сожалению, вскоре он ушёл от нас. Однако я до сих пор считаю его одним из первых и самых главных моих учителей. Разумеется, я с удовольствием приму участие в этом турнире, в каком бы формате он не проходил.

— Вам когда-либо хотелось быть похожим на Михаила Ботвинника – по игре и по поведению во время поединков?
— Честно говоря, у меня никогда не было кумиров, я лишь хотел найти себя и быть самим собой. Я относился к нему с огромным уважением. Я вообще всегда с большим почтением смотрю на людей, которые становятся символами эпохи в своём виде деятельности. Ну а так, я всегда старался искать свои пути.

Если возвращаться к турниру, то мне отрадно, что отчасти и я приложил руку к тому, чтобы такое вообще событие состоялось. Ещё год назад я написал письмо в Федерацию совместно с племянником Михаила Моисеевича, которого тоже давно и хорошо знаю. К счастью, на наше предложение откликнулись и совсем скоро этот турнир состоится.

Конечно, он будет представлять собой скорее шоу, чем настоящее соревнование. Тем не менее это крайне значимое событие, поскольку в нём будет принимать участие вся первая четвёрка мирового рейтинга. Это большая редкость для любого соревнования. Что до игры, то будут быстрые шахматы. Это связано с тем, что календарь чрезвычайно насыщенный, и мы не смогли найти время для полноценного длительного турнира.

Одним из нововведений, подчёркивающих развлекательных характер мероприятия, является тот момент, что посреди партии будут останавливаться часы и шахматисты смогут прокомментировать происходящее. Мне кажется, что для зрителей это довольно интересная вещь.

— Ну и расскажите о подготовке к матчу за звание чемпиона мира, который пройдёт в Москве в мае 2012 года.
— Да, у нас пройдёт подобное событие, причём впервые с 1985 года. Кстати, в тот год я был на матче Карпов — Каспаров. Я тогда был довольно юн, и нас всей шахматной школой привезли посмотреть на этот матч. Могу вам сказать, что на меня это событие произвело неизгладимое впечатление. Несмотря на то что в тот день нам попалась довольно скучная ничейная партия, я помню её до мелочей. Для меня это был настоящий праздник.

Вообще, в Москве в последнее время резко увеличилось число шахматных турниров различного уровня – от детских до элитных взрослых. Логичным завершением этого считаю проведение долгожданного матча за звание чемпиона мира. Уверен, что соревнование пройдёт на высшем уровне. Крайне рад, что всё же Москва оказалась победителем в борьбе за право проведения этого турнира. Нашим главным конкурентом была Индия. При всём уважении к этой стране, стоит отметить, что у индусов нет опыта проведения столь престижных событий. Да и вообще, у Москвы в последние годы прекрасный имидж в том плане, что все знают, — если в Москве проходит какой-то турнир, то в плане организации всё будет идеально.

Я думаю, что приеду на турнир в любом случае – либо прокомментировать, либо просто посмотреть. Хотя, конечно, я рассчитывал быть на нём в качестве участника, но, к сожалению, немного не получилось. В любом случае, мероприятие будет очень значимым, и я обязательно буду на нём присутствовать.

— С момента упомянутого вами матча за звание чемпиона мира между Каспаровым и Карповым формула проведения поединка сильно изменилась. В чём принципиально поменялась система подготовки к матчу и к каждой партии в отдельности?
— Шахматы полностью изменились с приходом компьютеров, поэтому сравнивать нынешние времена с эпохой того же Ботвинника просто невозможно. Требования к физической форме шахматиста, объём выполняемой им работы, подготовка к матчу – всё это увеличилось в разы. Сейчас мы вынуждены в разы больше работать, чем в прежние времена. Память стала очень загружена, поскольку объёмы информации увеличились в геометрической прогрессии. Шахматы стали очень серьёзным профессиональным видом деятельности.

Безусловно, сейчас подготовка строится иначе. Я сам начинал играть в шахматы на высоком уровне ещё до того, как к нам пришли компьютеры. Могу сказать, что система подготовка кардинально отличается.

Фактически, тогда её почти не было – выспался, полчасика посидел за доской и пошёл играть. Сейчас, выступая на турнире, у тебя нет свободного времени. Играешь партию, идёшь ужинать, полчаса отдыха, затем подготовка к следующему дню, сон и вновь подготовка перед новой партией. Я бы сказал, что работа занимает как минимум 12 часов в день. Это тяжёлый труд, который требует очень много энергии. Именно поэтому шахматы сильно помолодели за последние годы. Энергетика и физические данные стали играть огромную роль в успехе.

— Поэтому вы такой большой?
— (Смеётся) Нет, большой я уже давно. На самом деле, приходится активно заниматься физической подготовкой. Штангу я не тягаю, но в бассейн хожу, занимаюсь йогой. По возможности делаю это каждый день. Со стороны кажется, что мы ничего не делаем, просто сидим за столом и переставляем фигурки. Приведу пример: вы попробуйте решать самые простенькие математические задачи на протяжении 6-7 часов подряд! Уверен, вы будете выжаты, словно занимались 3-4 часа фитнесом. Это отнимает очень много умственной энергии и сил.

Если в футболе или теннисе, например, ты можешь повести со счётом 3:0 и потом просто держать преимущество, то в шахматах это невозможно. Даже если ты будешь на протяжении шести часов обыгрывать соперника, но на седьмом часу допустишь маленькую ошибку, то проиграешь. Это значит, что тебе приходится сохранять высокий уровень концентрации на протяжении всей партии. Тот, кто способен сохранить свежесть головы к шестому часу, имеет колоссальное преимущество. Именно поэтому нам необходимо следить за собой и уделять время физической подготовке.

— Несмотря на то что вы добились в своём виде деятельности огромных высот, с вами выходит не так много интервью, телепередач и прочего. Вы не светитесь в рекламе. С чем это связано?
— Я не хочу быть медиа-персоной по своим личным соображениям. Это не моё. Я чаще всего не отказываюсь от интервью, но сам никогда не навязываюсь. У меня нет и никогда не было пиар-агентов. Это просто не моё, хотя я не против этого. Это чудесно, и если кому-то нравится, то пусть они этим занимаются. Лично я спокойно отношусь к деньгам и публичности.

— Вы ездите в метро?
— Да, бывает.

— Вас узнают?
— Да, случается. Иногда даже на улицах.

— Как вы относитесь к быстрым шахматам? Считаете ли вы, что по ним нужно проводить чемпионаты мира и считать рейтинги?
— Я хорошо отношусь к быстрым шахматам. Считаю, что это очень зрелищно, но мне кажется, что не стоит делать это в ущерб классическим. У нас есть так называемые длинные шахматы, которые являются лицом нашей деятельности.

В последние лет 20 быстрые шахматы становятся всё более и более популярными. Мне кажется, что это хорошо. Однако замещением заниматься не надо. Хочет человек провести такое соревнование – пусть проводит. Мы с удовольствием сыграем. Но регулировать это каким-то образом, навязывать нам – это неправильно.

Вообще, вы знаете, в последние годы в шахматах происходит много позитивных изменений. Появляется всё больше турниров, зародилась какая-то активная жизнь. Раньше тот же Каспаров просто не мог найти денег на проведение матча на первенство мира. Даже с его огромным именем было множество проблем. Сейчас призовые фонды постоянно растут, а страны дерутся за проведение этих мероприятий. Да и количество обычных турниров выросло в разы. Помню, будучи чемпионом мира, мне негде было играть, так как проводилось всего по 3-4 турнира в году. Сейчас же приходится выбирать, отказываться от каких-то соревнований и т.д.

— Реально ли ввести быстрые шахматы к показу на телевидении?
— Я думаю, что пока это маловероятно. Мне кажется, что намного более эффективным для популяризации шахмат был бы показ какой-то общей передачи. Скажем, раз в неделю или раз в месяц. В ней бы можно было рассказать о главных событиях за месяц в мире шахмат, показать маленький фрагмент какой-то интересной партии, сделать интервью с кем-то из героев. Мне кажется, что этот вариант был бы оптимальным. Я не понимаю, почему этого не происходит, ведь сделать это не так дорого.

— Вы упомянули о позитивном движении в развитии и популяризации шахмат в мире. Что произошло за те несколько лет, когда вам, будучи чемпионом мира, негде было играть?
— В первую очередь это связано с объединением шахматного мира. Честно говоря, я сам не думал, что это даст настолько большой эффект. Мне казалось, что это не так уж и важно, однако на деле всё оказалось иначе. У нас ведь раньше было два чемпиона мира, два цикла, множество скандалов. Объединение произошло в 2006 году, и эту дату можно назвать точкой отсчёта, после которой ситуации начала резко улучшаться. Теперь у нас один чемпион, скандалы затихли, цикл более-менее устоялся. Система стала упорядоченной, и оказалось, что интерес к шахматам не только не упал, но и возрос.

— Ведущие шахматисты мира друг с другом дружат?
— Как и в любых других сферах жизни, в этом вопросе всё зависит от самого человека. В целом, у нас всё очень доброжелательно. В большинстве своём шахматисты являются людьми интеллектуальными, так что они способны контролировать свои эмоции. Хотя, конечно, когда люди отчаянно борются друг с другом, проигрывают, то они злятся. Но, лично у меня никогда не возникает каких-то отрицательных эмоций в подобных ситуациях. Я только собой недоволен какое-то время.

Не вижу смысла ненавидеть соперника, ведь он приходит на матч с целью обыграть меня, а я хочу одолеть его. В конце концов, это всего лишь игра. Мы занимаемся общим делом, создаём партию, действуем сообща. У меня хорошие отношения с подавляющим большинством игроков. С кем-то просто приятельские, с кем-то дружеские.

— Ваша дочь уже как-то комментирует то обстоятельство, чем занимается её папа? Как думаете, во сколько лет нужно отдавать ребёнка заниматься шахматами, чтобы он имел шансы построить карьеру в этой области?
— Я думаю, что возраст, когда ребёнка надо приводить в шахматы, равен 4-5 годам. Если есть большой талант, то этого достаточно, чтобы его проявить. 8 или 10 лет – это уже поздновато. Для того чтобы заиграть в шахматы на высоком профессиональном уровне, требуется много лет упорной работы. Я думаю, что научу играть свою дочь в шахматы. Она уже ворует у меня фигурки с доски, которые я потом ищу по всей квартире. Это происходит, она знает, чем я занимаюсь. Учить её я начну годика через полтора, когда ей исполнится хотя бы четыре. В любом случае, даже если у неё не окажется великого таланта, я считаю, что это полезно для ребёнка. В этом возрасте у человека происходит становление во многих областях, а шахматы учат логическому мышлению, организации, дисциплине, ответственности. Это полезно для любого человека.


назад
Rambler's Top100
   © 2008 - 2016. Все права защищены.
Шахматная гостиная им. В.Я. Дворковича.
Разработка РБК СОФТ